Самый советский писатель

Фото: ru.wikipedia.org
Тимонен не избегал в своём творчестве «скользких» тем, не изменял убеждениям и жил «с прямой спиной».

Разведчик и переговорщик после войны стал классиком карельской литературы.

«Я всегда мечтал о сильных ощущениях. Теперь мне кажется невероятным то, что видел. Могу ли когда-либо рассказать об этом правдиво читателям? Ведь это было не на экране, не на сцене, а на грязных полях Восточной Пруссии», – пишет в дневнике капитан Советской армии Антти Тимонен.

Весной 1945-го он вместе со своими бойцами пробивается к Балтийскому морю, участвуя в разгроме группировки немцев под Кёнигсбергом. А позже, уже став признанным классиком карельской литературы, будет пытаться передать то, что увидел на полях сражений.

Трещина по судьбе

Впервые он попал на передовую в 1939 году. Мечтательный юноша, который пытается разобраться в окружающем мире и в себе самом. Настоящий сын карельского народа, разрываемый на два мира границей, которая прошла по его малой родине, – с фронта он возвращается убеждённым интернационалистом и остаётся верен себе до самой смерти.

Тимонен появился на свет 18 апреля 1915 года в деревне Луусалми, в крестьянской семье. Этот район назывался Ухтинским, а сейчас – Калевальским, в честь знаменитого карело-финского эпоса «Калевала».

Здесь же в 1921 году начинается так называемое Ухтинское восстание: с территории Финляндии в Карелию проникают вооружённые отряды, которые громят малочисленные пограничные заставы, самым зверским образом расправляются со сторонниками советской власти. Конечная цель финской агрессии – провозглашение марионеточного карельского государства и его последующее присоединение к Финляндии. Оккупанты силой записывают в армию всех подходящих по возрасту местных жителей. Через несколько лет большинство карелов, измучившись на чужбине, возвращаются в родные места. А история расколотого народа навсегда остаётся в памяти Тимонена, став темой его главного произведения – романа «Мы карелы». Он и сам долгое время также не мог определиться. Кто он – карел, каким привык считать себя с детства? Восточный финн, как утверждали вражеские пропагандисты? Или всё-таки русский – по истории, культуре и традициям? Все сомнения разрешились на фронте.

Разведка и переговоры

В 1939 году он попадает на советско-финскую войну радистом, а вскоре его назначают переводчиком при штабе. Мучительный поиск самоидентификации остаётся за спиной. Картины ратного подвига земляков показывают будущему писателю, что люди делятся не по национальностям, а по человеческим качествам.

«В жизни, особенно в бою, бывают моменты, когда ничего не успеешь ни обдумать, ни рассчитать, а нужно в течение считаных секунд или доли секунды действовать. В течение секунды человек может совершить героический поступок или стать презренным трусом. И всё это зависит от него самого», – пишет Тимонен.

С 1941 года он опять на Карельском фронте. Отряд, в котором служит Тимонен, считается партизанским, но в наши дни его скорее назвали бы разведывательно-диверсионным. Бойцов забрасывают далеко за линию фронта, они громят вражеские гарнизоны, захватывают «языков».

Тимонен организует радиоигру с противником, участвует в допросах пленных, наконец, ведёт по громкоговорителю через линию фронта переговоры с финскими солдатами. Уже после войны, в 1965 году, когда Тимонен приехал в Финляндию по «писательской» линии, к нему подошли несколько финнов с благодарностью. Оказывается, под влиянием его слов они сложили оружие, отказавшись воевать за Гитлера.

Военные дневники

В 1944 году Карелия освобождена, и Тимонену, который уже дослужился до капитана, предлагают демобилизацию, но он отказывается и просит вновь направить его в армию.

Под Кёнигсберг будущий писатель прибывает с вещмешком, в котором солидное место занимает… грамматика русского языка. Военный дневник Тимонена, написанный весной 1945 года, – ценный источник по освобождению Восточной Пруссии.

«Днём по пути на передовые нам встретились две женщины с четырьмя детьми. Издалека они кричали по-русски: «Здравствуйте, сынки!» Русские! Наши люди! Из Германии идут домой, в Ленинградскую область. Десять дней они сидели в подвале в соседнем отсюда населённом пункте. Я был сегодня в той деревне. Ни одного квадратного метра стен не осталось целыми. Сколько там трупов! На улице грязь по колено. Грязь, красная от крови. Десять дней там жили двое женщин с малолетними детьми. Я встретил их под огнём дальнобойной артиллерии противника. Я сказал им приказным тоном:

– Торопитесь. Здесь вам нечего делать. Здесь зона артиллерийского огня, здесь фронт.

– Да мы, сынок, не то видели, – ответила одна из женщин», – пишет 29-летний Тимонен в своём дневнике.

И всё же он признаётся: «Победив в самой тяжёлой войне, отнявшей жизнь у миллионов наших товарищей, мы возвращались на Родину людьми старше своего возраста… но когда в часы усталости и отдыха прошлое всплывает в памяти, первыми вспоминаются именно эти годы». «И если ты скажешь мне снова, я снова всё это пройду», – отметил писатель в дневнике.

«Всматриваться в другие края»

Одной фразой Тимонен объяснил, зачем важно и нужно изучать историю и литературу всех народов своей страны. «Самое дорогое место на свете для меня – моя Карелия. Именно любовь к родному краю заставляет меня снова и снова всматриваться в другие края и страны, чтобы точнее и правильнее понять и почувствовать в самом широком смысле место Карелии в семье народов нашей страны и на всей планете», – написал он. В 1950-е годы Антти Тимонен живёт в Москве, учится здесь на Высших литературных курсах. Известность к Тимонену пришла уже в послевоенные годы. Критики относились к его трудам с некоторой опаской (тогда-то злые языки и придумали прозвище «Антти-советский писатель»). Накрепко связанный со своим народом, Антти Тимонен брался рассуждать на скольз­кие, неприятные темы. Зато его книги читали в леспромхозах, рыбацких посёлках, на пограничных заставах.